Понедельник, 21.08.2017, 17:05 | Приветствую Вас Гость | Вход
Главная » 2014 » Январь » 16 » Не за царя воевал – за Отечество
10:33
Не за царя воевал – за Отечество
img«Доблесть родителей – наследство детей. Дороже этого наследства нет на земле иных сокровищ, – говорится в одной исторической монографии 1894 года, посвященной русской артиллерии. – Каждый шаг, каждое деяние защитников Отечества запечатлевайте в памяти и сердцах детей ваших от самой их колыбели».

Доблестью своего деда Бориса Ивановича Кучина, героя Первой мировой войны (сто лет с начала которой исполняется в июле нынешнего года) до сих пор гордятся его рыльские внуки Владимир Кучин и Александр Чельцов – сегодня уже сами деды.

– Почему-то о Первой мировой у нас и фильмов хороших нет, и написано мало, – с сожалением говорит Александр Федорович. – Мне лично запомнилось только одно выдающееся произведение, где освящается эта тема, – «Тихий Дон» Шолохова. О героях Гражданской войны мы знаем много, да и о героях Отечественной войны 1812 года тоже. А вот звено Первой мировой почему-то выпадает из общей цепи нашей истории. Почитайте, как французы чтят память своих погибших воинов и наших соотечественников – Россия в этой войне здорово поддержала Францию.

Действительно, французская армия могла бы не выдержать мощи германских войск, если бы не поддержка русских. Не случайно же французский маршал Фердинанд Фош говорил: «Если Франция не была стерта с лица Европы, то этим прежде всего мы обязаны России». Это была, можно сказать, очень масштабная война, в которой приняли участие более 30 государств мира с населением около миллиарда человек.

За три с половиной года в Первой мировой войне на счету русской армии были и победы, и немалые потери. В боях погибло более миллиона человек. Ранеными и больными русская армия потеряла свыше 4-х миллионов. Свыше 3-х миллионов солдат и офицеров попали в плен. Героя нашего материала Бориса Кучина судьба хранила от большой беды. Он прошел через горнило той страшной войны, был тяжело ранен, но выжил. В отчий дом крестьянский сын из рыльского села Костровы вернулся полным георгиевским кавалером и дожил почти до 90 лет.

– К сожалению, мы сегодня не можем представить полную картину о том, на каких фронтах воевал наш дед, за какие подвиги получил он свои четыре георгиевских креста, – замечает Александр Чельцов. – Той красной папки с тесемками, в которой Борис Иванович бережно хранил свое личное дело, в данный момент у нас нет.

– Утеряна?

– Нет, мы такие вещи не теряем. В годы Советской власти была спрятана далеко и глубоко – сундук с папкой и некоторыми другими вещами закопан в старом, обрушившемся уже подвале почти полвека назад. Так что если даже весной нам удастся раскопать обвал и найти «захоронение», еще не факт, что бумаги за это время не истлели и что-либо можно будет прочитать.

– А что: была острая необходимость так далеко прятать эти бумаги?

– Понимаете, мои родители были учителями, – продолжает рассказывать Александр Федорович. – Дедушкин зять, мой покойный отец Федор Степанович, к тому же был коммунистом, директором Костровской школы, которую вместе с педагогами и учениками построил хозспособом, имел орден Ленина. А как участник Великой Отечественной войны он был еще награжден двумя орденами и пятью медалями. Мнение властей было приблизительно таковым: Федор Степанович воевал за Родину, а Борис Иванович – за царя. Хотя сам дедушка любил повторять, что сражался он не за царя, не за белых и не за красных, а за Отечество. Именно так и говорил: за Отечество! Но попробуй это докажи в то время…

И все-таки истинные герои не должны быть забыты. С внуками Бориса Ивановича, двоюродными братьями Владимиром Кучиным и Александром Чельцовым, мы пытаемся по крупицам восстановить то, что помнят они из рассказов своего дедушки, услышанных в детстве и юности.

Борис Кучин родился в 1882 в Костровской волости Рыльского уезда, окончил 3 класса церковно-приходской школы. Его отец, Иван Корнеевич, служил у местного помещика Курсакова ямщиком. Какое-то время работал на барина и Борис Иванович. В начале нового века был призван на службу в армию. Служил в городе Гродно, относившемся тогда к Варшавскому военному округу. Вскоре он как солдат, имевший по тем временам неплохое для крестьянского сына образование, был направлен в унтер-офицерскую школу, готовившую пулеметчиков – российская армия в то время уже начала оснащаться станковыми пулеметами. Борис Кучин получил звание унтер-офицера и был назначен командиром пулеметного расчета, состоявшего из пяти человек.

– Приблизительно в 1910 году расчет нашего деда как один из лучших был выдвинут на смотр, проходивший под эгидой Верховного главнокомандующего всеми сухопутными и морскими силами Российской империи великого князя Николая Николаевича, – подсказывает Владимир Филиппович. – На учебных стрельбах пулеметный расчет занял первое место, за что Борис Иванович был награжден золотыми часами Павла Буре – самого именитого русско-швейцарского производителя, поставщика двора его величества.

– Часы, вероятно, тоже не сохранились?

– Их дед подарил своему сыну – моему отцу Филиппу Борисовичу. Отец ушел с ними на фронт в Великую Отечественную и погиб…

Тогда, в 1910 году, Бориса Кучина не только наградили, но и повысили в звании: он стал уже старшим унтер-офицером. В канун Первой мировой войны Борис Иванович был направлен на учебу в школу артиллерийских прапорщиков, а по окончании ее был назначен командиром полуроты 127 Путивльского полка. Номер этого полка указан на его погонах. Владимир Филиппович делал запрос в Государственный военно-исторический архив с просьбой выслать подробный послужной список Бориса Ивановича Кучина. Ответ пришел достаточно короткий: «В приказе № 226 по 11-му армейскому корпусу от 20 июля 1915 года значится подпрапорщик 6-ой роты 127 Путивльского полка Кучин Борис Иванович, награжденный Георгиевским крестом 2-ой степени. Дополнительно сообщаем, что фонд 127-го пехотного Путивльского полка не содержит документов по личному составу (послужных, именных и наградных списков). Послужной список Кучина Бориса Ивановича, по данным научно-справочного архива, не обнаружен. Выявить дополнительные сведения о нем не представляется возможным».

Вот так… Поиски в интернете тоже желаемого результата не дали. Есть лишь небольшая историческая справка об этом полке. В частности, известно, что он просуществовал с 1863 по 1918 год. Однако то, что Борис Иванович Кучин был полным георгиевским кавалером, – факт неоспоримый: достаточно взглянуть на фотографию, на которой он запечатлен вместе с женой Дарьей Ивановной и двухлетним сыном Филиппом.

– Помню, дедушка рассказывал, что воевал он с австро-венграми, – добавляет к уже рассказанному братом Александр Федорович. – Очень эмоционально говорил о том, как русские войска перешли в наступление, опираясь на мощную поддержку артиллерии: «Орудия стреляли так часто, что накалялись докрасна…».

Если солдат ронял на орудие фуражку, она немедленно вспыхивала, как в горящей печи. Вот в каком аду пришлось побывать и, к счастью, не сгореть в огне отважному воину Борису Кучину.

Один эпизод из военной жизни своего деда оба внука помнят хорошо. Борис Иванович был участником Брусиловского прорыва. В мае 1916 года четыре армии Юго-Западного фронта двинулись в наступление. На позиции противника обрушился ураганный огонь. От взрывов тысяч снарядов австро-венгерские окопы превратились в настоящий ад. Как известно, командующий фронтом генерал Алексей Брусилов принял решение прорвать оборону противника не на узком участке, а на всем протяжении фронта. И эта операция удалась. По имени командующего наступление было названо Брусиловским прорывом.

– За проявленную храбрость в этом бою наш дед был представлен к ордену Станислава III степени с мечами и бантами, – на лице Александра Федоровича появляется довольная улыбка, но тут же исчезает. – Получить он его не успел, поскольку был тяжело ранен шрапнелью в голову и отправлен в госпиталь. А потом награда затерялась… Но дедушка чаще вспоминал не о ней, а о том, как спасли его солдаты, несшие своего командира с поля боя на руках 12 километров.

По словам внуков, в Одесском госпитале очень опытный хирург сделал Борису Ивановичу несколько операций с некоторыми промежутками во времени. Более года герой Первой мировой «носил осколок в голове» и на всю жизнь остался инвалидом: были частично парализованы левая рука и нога, значительно ухудшилось зрение. Борис Кучин вернулся на родину и долечивался уже в курском госпитале. За каждый крест ему платили денежное содержание золотыми монетами.

Кстати, и сами кресты представляли собой большую ценность: первой (высшей) и второй степеней были золотыми, третьей и четвертой – серебряными. Считается, что идея учреждения солдатской награды была высказана неизвестным автором записки, поданной на имя императора Александра I в январе 1807 года. Своим манифестом царь учредил эту награду для солдат и унтер-офицеров «за неустрашимую храбрость». Изначально это был Знак отличия военного ордена, а с 1913 года – Георгиевский крест.

Я интересуюсь у братьев судьбой георгиевских крестов, которыми был награжден их дедушка. И они рассказывают, что во времена нэпа в Кострове случился сильный пожар – полдеревни выгорело. Сгорел и дом Бориса Кучина. Строиться было не на что, но он же не мог оставить на улице жену с детьми! Вот и продал свои боевые награды в меняльной лавке. Денег хватило построить большой дом на двоих с братом. У Бориса Ивановича были даже деревянные полы – большая редкость по тем временам в деревне и в определенной степени признак зажиточности хозяина.

Внуки рассказывают еще один заслуживающий внимания эпизод из жизни Бориса Кучина. В сорок первом ушли на фронт его сын Филипп, которому так и не суждено было увидеть своего единственного сына Владимира, родившегося спустя три месяца после его гибели, и зять Федор. А вскоре Кострову оккупировали немцы. Дед решил подальше от врагов спрятать то, что осталось у него ценного – свою военную форму, шинель. А вместе с ними и некоторые хорошие вещи сына и зятя. Все это он аккуратно сложил в сундук, вынес в подвал и спрятал под полом. Об этом узнали полицаи. Сундук достали, вскрыли, вещи разбросали, хотели забрать форму. И тогда искалеченный, измученный болезнями 60-летний человек упал на землю, заплакал и стал кричать, что они могут забрать все, но свою военную форму он, пока жив, не отдаст никому.

– Поскольку дом деда был лучшим в деревне, в нем поселился немецкий комендант, а семью выгнали в сарай, – рассказывает Александр Федорович. – Вот этот комендант услышал шум и вышел посмотреть, что происходит. Полицаи через переводчика поведали ему, что дед наш в Первую мировую, дескать, положил немало немцев, был награжден 4-мя крестами, а сын и зять у него – коммунисты и сейчас с большевиками тоже воюют против немцев – так что деда надо непременно расстрелять, как злейшего врага Германии. Комендант выслушал их и сказал: «Верните ему вещи и отпустите. Я уважаю этого человека, потому что он хороший солдат – плохих крестами не награждают». Я еще в школе учился, когда дедушка рассказывал мне об этом и в конце подчеркивал: «К счастью, не все немцы сволочами были».

– А Советская власть в лице местных руководителей как относилась к Борису Ивановичу?

– Героя в нем не видели, потому что, как я уже говорил, считалось, что воевал он за царя, а не за Отечество. Да и мои родители – его дочь и зять – старались не распространяться о том, что вместе с ними живет полный георгиевский кавалер. Сам дедушка своими подвигами никому не хвалился, разве что рассказывал нам, внукам, когда летними вечерами садились мы с ним на скамейке у дома, и он развязывал свою заветную папку. Словом, жил он скромно. Наверное, поэтому и каких-то претензий к нему никто не предъявлял.

– Но я из детства помню разговоры в доме, что моему отцу все-таки не удалось поступить в военное училище именно по причине того, что его отцом был Борис Иванович, – вносит свои добавления к рассказу брата Владимир Филиппович. – Тогда же всю родословную проверяли…

Впрочем, кроме внуков, был еще один человек, с которым Борис Иванович мог поговорить по душам. Это его бывший денщик, односельчанин Добыкин (имени его, к сожалению, мои собеседники не вспомнили). Это как раз пример того, как человек в своей жизни всего добился сам. Безграмотный крестьянин, он стал красным партизаном, учился и дослужился до генерал-лейтенанта. Когда приезжал на родину, непременно приходил в гости к Борису Ивановичу, и за чарочкой они долго говорили о былом…

С высоты сегодняшнего времени можно долго и безрезультатно спорить о том, должна или не должна была Россия в 1914 году вступать в эту тяжелую, изнурительную для нее войну, чтобы в итоге подписать позорный Брестский мир. Теперь это уже история. Думается, для нас важно другое: не предавать забвению память о тех, кто голодал, кто мерз в окопах, кто потерял свое здоровье, кто отдал жизнь за Россию.

Анна Белунова

Публикация в газете «Курская правда» №3 от 16 января 2014 года.

Категория: История | Просмотров: 2243 | Добавил: Sever | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]